Понятие, с которым соотносится объект, в обоих максимах эстетического суждения берется не в одинаковом смысле.

С одной стороны, суждение вкуса, действительно, не основывается на определенном понятии, понятии рассудочном, оно не познавательное суждение и по своей значимости ограничено индивидом, для которого данный предмет прекрасен. С другой стороны, вкус претендует на общезначимость, так как он основывается на понятии, но на неопределенном понятии, каковым является чистое понятие разума о сверхчувственном. Нет объективного принципа вкуса, на основе которого его положения могли бы быть обоснованы и доказаны, но есть субъективный принцип -идея сверхчувственного в нас. Уменье отличить понятие рассудка от идеи разума и позволяет считать оба противоречивых "положения о вкусе истинными. Кант считал, что это «единственный ключ к разгадке этой даже в своих истоках скрытой от нас способности», далее уже ничего нельзя сделать более понятным.

Несмотря на столь пессимистическое суждение, выраженное самим мыслителем, следует продолжить проникновение в сущность эстетического, ибо мы подошли к очень важному моменту Для понимания не только эстетики Канта, но всей системы его философии. Речь идет о категориях «идея» и «идеал».

Напомним, что если в «Критике чистого разума» и в «Критике практического разума» мир природы и мир свободы были противопоставлены, то «Критика способности суждения» должна была снять эту отчужденность, доказывая, что действие по понятиям свободы имеет конечную причину - цель в чувственном мире. Эта связь чувственного со сверхчувственным, природы со свободой и достигается при помощи способности суждения, которая априори и без отношения к практике дает понятие цели как посредствующее звено между понятием природы и понятием свободы.