Единой для Гердера, Шиллера и Гёте была, не только общая устремленность их эстетических размышлений, но и сам способ этих размышлений, подход к разработке проблем эстетики. В отличие от прослеженной выше линии развития немецкой эстетики второй половины XVIII в. от Баумгартена и Мейера к Канту, существо которой определялось чисто философским конструированием теории,- эстетические воззрения Гердера, Гёте и Шиллера вырабатывались и излагались не в систематизированном виде всеохватывающих по проблематике, стройных и целостных концепций, а в многочисленных и весьма разнородных по жанру брошюрах, статьях, эссе, заметках. Гердер по справедливому замечанию В. М. Жирмунского, «не был систематиком» и его критико-публицистическому мышлению была значительно ближе поэтическая, а не логико-философская форма (достаточно вспомнить его противопоставление поэтического языка и языка научно-прозаического и иронические выпады против Баумгартена, Зульцера, Риделя, Канта). Гёте, столь удачно сочетавший поэтическое творчество с работой в области естественных наук, не имел склонности к созданию развернутых эстетических концепций, ограничиваясь изложением своих взглядов в небольших и фрагментарных заметках. И даже Шиллер, наиболее философский ум изо всех троих (убедительное тому свидетельство его «Письма об эстетическом воспитании человека», незаконченный теоретический трактат «Каллий, или О красоте», наконец, курс лекций по эстетике, который он читал в 1792-1793 гг. в Иенском университете) никогда не отвлекался от осмысления реального художественного материала и живого историко-литературного процесса.