Великие художники прошлого никогда не опускались до формального подражания - они всегда вносили в искусство понимание природы, духовное начало, внутренний смысл. Но пытаться подражать великим произведениям искусства так же бессмысленно, как и подражать формам природы, потому что перед нами лишь результаты духовной деятельности, а не сама деятельность. К тому же все великие художники исходили из духа своего времени, а история человечества представляет собой непрерывный процесс духовного развития, и каждая его новая стадия требует новых форм. Следовательно, подлинное подражание великим художникам подразумевает творчество. Здесь-то субъективное и объективное приходят к согласованию, и теория подражания природе обретает свой подлинный смысл: именно творческий процесс составляет глубочайшую суть природы.

Итак, художник должен подражать не формам природы, а ее сущности - творческому процессу. «Мы должны выйти за пределы этой самой формы, дабы путем уразумения вновь обрести ее самое в ее жизненности и подлинности». Творческий процесс природы, по Шеллингу,- это постоянное, непрекращающееся стремление к полноте, единству, целостности. Эволюционный процесс ведет от неживой природы к живой. В организме природа как бы объединяет все свои усилия, разрозненные в неживой природе. В живом мире высшим достижением является человек, и человеческая индивидуальность представляет собой высшую целостность органической природы. Внутренняя жизнь человека, история духовного развития человечества есть продолжение и высший этап творческого процесса природы. Поэтому подражание природе - если это не формальное подражание - есть то же самое, что выражение внутренней сущности человека. И, следовательно, «искусству не только дозволено, но и предписано рассмотрение всей природы через призму человека».