Если греческая мифология была ориентирована на внеисторический, вневременной мир природы, то христианская мифология имеет своим материалом моральный мир, развивающийся в историческом времени. В этом мире идеал отделился от реальности, стал ее противоположностью, родовое сознание распалось, «возник мир индивидуумов, мир распада». В искусстве античности господствует образец, в новом - оригинальность. Сопоставление свидетельствует не в пользу современного искусства, но не против искусства вообще, на будущее которого Шеллинг смотрит оптимистически. Оно -не в ориентации назад, а в движении вперед к новым формам целостности, хотя его прогноз в общей формулировке утопичен: он видит будущее искусства в создании новой мифологии с помощью философского взгляда на природу, смыкающегося с естественнонаучным. Правда, шеллингово будущее искусство приобретает более реалистический смысл, когда на «Фауста» Гёте указывается как на первый образец такого искусства.

Шеллинг рассматривает и догреческое искусство. Он «конструирует» противоположность греческой и древневосточной мифологии (иранской и индийской). Древневосточное, древнегреческое и христианское искусства соотносятся как схема, символ и аллегория. Таким образом, Шеллинг создает.представление о трех диалектически соотносящихся типах и фазах в истории искусства, выделенных в незамкнутом, продолжающемся процессе.

Вслед за рассмотрением исторических форм искусства идет исследование его форм в морфологическом аспекте. Но и в этом аспекте Шеллинг рассматривает отдельные формы, учитывая их историческую обусловленность и изменчивость, правда, исторический и морфологический аспекты не слиты у него воедино, как это будет у Гегеля, а соположены.