Строгие скульптурные формы, мужественная чистота контуров фигуры убитого, спартанская скупость холодной зеленоватой цветовой гаммы, подобная скульптурному рельефу композиция делают живописное изображение похожим на надгробную стелу. Сходство картины с мемориальной плитой усиливает начертанная в правом углу лаконичная посвятительная надпись: Марату - Давид. В целом портрет смотрится как памятник, воссоздающий дух революционной эпохи, равно величественной и трагической. В свое любимое произведение Смерть Марата Давид вложил всю силу своих патриотических чувств и зрелого мастерства. Недаром Марат наряду с Клятвой в зале для игры в мяч считается лучшим образцом революционного классицизма, создателем которого был великий французский художник.

Вместе с портретом Лепеллетье Марат был выставлен в зале заседаний Конвента - в том самом зале, где так часто выступал с пламенными речами Друг народа и где голосовал за казнь короля Лепеллетье. Оба произведения Давида напоминали депутатам о славе и опасности, о смерти и бессмертии, которые могут ожидать каждого из них на их революционном пути. Национальный Конвент высоко оценил патриотический пафос произведений Давида. Был издан приказ выгравировать обе работы каждую в тысяче экземпляров и разослать гравюры во все департаменты Франции.

Самый насыщенный в биографии Давида период был внезапно оборван в зените его творческих достижений событиями 9 термидора (27 июля) 1794 года. В этот день был совершен контрреволюционный переворот, который, по сути, положит конец революции. Руководители якобинского правительства были объявлены вне закона и без суда гильотинированы. Через несколько дней был арестован Давид. Просидев больше года с небольшим перерывом в тюрьме, художник был освобожден из заключения по ходатайству друзей. Впереди у Давида было еще три десятилетия жизни и творческого труда. В наполеоновское время к нему снова вернется слава. Известность и признание будут сопутствовать мастеру и в годы, когда, высланный как цареубийца из Франции возвратившимися к власти Бурбонами, он вынужден будет жить в Брюсселе. Еще много значительных произведений создаст Давид. Но это будет другой Давид, как другим будет и время, выходящее уже за рамки предложенной читателю темы.