Самым прогрессивным мастером в этой группе был бесспорно Гендрик Гольциус, крупнейший рисовальщик и гравер рубежа XVI и XVII веков, сумевший сочетать национальные и интернациональные традиции, причудливую изысканность фигурных композиций с реалистическим, правдивым портретом, фантазию с точной штудией природы, животных и растений. Гольциус начал с пропаганды рисунков Спрангера, с которыми его познакомил Карел ван Мандер. Но после поездки в 15901591 годах в Италию в его творчестве начинается преодоление маньеризма. Оно проявляется как в портрете, так и в пейзаже, к которому в отличие от большинства маньеристов Гольциус всегда проявлял большой интерес. «Портрет Джованни да Болонья», выполненный во Флоренции, отличается проникновенностью и психологизмом, продолжая портретную линию Лукаса ван Лейдена, и демонстрирует блестящее знание приемов рисунка «в два карандаша» (сочетание черного мела и сангины) новой, подсмотренной у Федериго Цуккаро техники. До того Гольциус рисовал миниатюрные портреты в традиционной технике серебряного штифта.

В своих пейзажных рисунках он сочетает традиции Брейгеля Старшего и школы Тициана, трактуя волнистую поверхность почвы короткими параллельными штрихами, а небо тонкими горизонтальными линиями. Техника перового рисунка в том его варианте, который подражает гравюрному штриху, была доведена Голыдиусом до невиданного совершенства. Недаром ван Мандер называет Гольциуса «ее Королем»! Гольциусом был создан в этой технике и подлинный кунстштюк рисунок гусиным пером бистром в два тона на загрунтованном холсте, находящийся в Государственном Эрмитаже в Ленинграде. Холст размером 228x170 см покрыт тончайшей сеткой штрихов, подражающих классической гравюре на меди, изображает в натуральную величину Вакха, Венеру и Цереру в сопровождении Амура, фавна, путти и самого художника. Рисовальщик считал, по-видимому, этот шедевр своим главным произведением, что доказывается помещенным здесь автопортретом. Подобные шедевры мастера могли возникнуть лишь благодаря столетнему опыту перового рисунка в Нидерландах, его прочным связям с гравюрой и устойчивому интересу публики к произведениям графики.